Леонид Макушин: «Танкисты - это не профессия, это порода людей»

Накануне праздника «Вечёрка» встретилась с боевым офицером, председателем Омской городской общественной организации «Союз ветеранов и ветеранских организаций Омска» Леонидом Макушиным, прошедшим на танке афганские горы и пески.

Экипаж машины боевой

Быть танкистом Леонид Алексеевич мечтал с детства. Когда его спрашивали знакомые: «Кем станешь, мальчик, когда вырастешь?», он бойко отвечал: «Солдатом, буду на танке ездить».

А началось всё с клуба фронтовых подруг, участницей которого была его мама. Очень часто свои заседания фронтовики проводили дома у Макушиных.

- С малых лет мы с братом не пропускали ни одну встречу фронтовиков, всегда с большими глазами и открытыми ртами слушали их рассказы о войне и солдатах. С тех пор я не представлял себя нигде, кроме как в армии. И уже тогда - на танке. Танкисты - это элита Вооружённых сил. А за проявленный героизм в Отечественной войне танковые, артиллерийские и автомобильные войска были награждены такой привилегией, как иметь бархатные околышки на фуражках у офицеров, - начал вспоминать Леонид Алексеевич.

Но самое главное в танке, по мнению нашего героя, - не броня, не уникальные околышки на фуражках, а экипаж. Танкисты - очень сплочённый коллектив. Здесь, как ни в каких других войсках, дружны офицеры и рядовые и практически нет дедовщины.

- Всё дело в том, что боевую машину обслуживают все: и офицеры, и солдаты. Вдвоём пушку танка не почистишь, только втроём, и гусеницу тоже не поменяешь, только всем экипажем. Поэтому в танковых войсках дедовщины практически нет. Для меня даже выбора не было, я не хотел быть ни лётчиком, ни космонавтом, только танкистом. Я, когда слушал истории фронтовиков, понял, что танкисты - люди особенные. Они выживут везде, это порода людей такая, диагноз, - смеётся Леонид Макушин.

После школы в 1975 году Леонид Алексеевич поступил в Омское высшее инженерно-командное танковое училище, окончил его через четыре года и попал по распределению на Украину, в город Новоград-Волынский Карпатского военного округа.

- Приехал на место службы и вижу, что служить мне нужно на танках Т-72, а нас в училище обучали на Т-62. Как стрелять и как управлять новыми образцами, никто не знал. Но хороший ротный нам попался, он посадил нас в машины и стал так гонять, что через неделю мы могли уверенно водить, стрелять и настраивать вооружение на новых танках, - рассказал он.

Горячая точка

В 1979 году на утреннем разводе в части танкисты узнали, что российские войска вошли в Афганистан. Тут же все офицеры написали рапорты с просьбой направить их в горячую точку. В их числе отнёс свой рапорт и Леонид Макушин, а в ноябре 1980 года он попал на войну.

- Сначала я не понимал, что еду на войну. Но вот когда простился с друзьями-товарищами на перроне, сел в вагон, вот тут-то понял. Не боится умереть только дурак. Сидел в поезде, не спал, всё думал, курил, - с грустью вспоминает Леонид Алексеевич.

Так доехал он до Ташкента, потом добрался до распределительного пункта в Кабуле, где получил направление в Кандагар командиром взвода в танковый батальон 70-й отдельной мотострелковой бригады. Новичков в Афганистане не сразу отправляли на боевые задания, или рейды, как их называли сами военные. Давали время привыкнуть к новому климату, пище, условиям жизни...

- В Кандагаре практически всегда было жарко, днём за 50 градусов жары, ночью столбик термометра опускался до 20 градусов тепла. Но от такой разницы ночью мы мёрзли, даже печки затапливали. А танки ремонтировали по утрам, с пяти часов до восьми. В девять утра к машинам уже невозможно прикоснуться, броня так накалялась, что кожа оставалась на металле, - отметил Леонид Макушин, потирая пальцы на руках.

Спецзадание

За полтора года службы интересных историй у боевого офицера накопилось немало. Но самой запоминающейся стала операция «Теренкот». Так называлась провинция, распложенная в горах Афганистана. Два раза в год бригада Леонида Макушина сопровождала туда 200 КамАЗов с мукой. Процессия во главе с комбригом состояла из трёх мотострелковых батальонов, одного танкового батальона, артдивизиона, десантно-штурмового батальона и полка местных военных для усиления. Такая мощная поддержка требовалась, потому что окружали эту провинцию поселения, где господствовали афганские моджахеды.

Около 300 километров им нужно было пройти, чтобы доставить провизию. У солдат даже боевые рейды по сравнению с этой операцией считались отдыхом. Впереди процессии шли, как водится, танкисты.

- Подходим к перевалу. С одной стороны скала, дорога и обрыв, потом метров через сто снова горы. И только мы - три танка, два сапёрных БТРа и два БТРа пехоты - втянулись на перевал, прошли первых сто метров и... начали подрываться по очереди: сначала я, затем второй танк, потом третий и один из БТРов. И в тут же минуту со стороны гор противники открыли огонь. Да такой, что и головы не поднимешь. Мы сообщили комбригу об обстреле, он направил нам на помощь десантников для прикрытия. С их помощью нам удалось натянуть гусеницы на танки и вернуться назад к колонне. К сожалению, пришлось один БТР сбросить в пропасть: его невозможно было отремонтировать, - уточнил он.

Как только первопроходцы выбрались с перевала, обстрел прекратился. Военные понимали, что в открытую им этот участок пути не пройти - перевал заминирован, в горах заняли огневые позиции моджахеды. Тогда командование решило прибегнуть к хитрости. Солдаты распустили слух среди противника, что сейчас будут бросать объёмную бомбу, и для правдоподобности даже отошли на пять километров от перевала назад.

Действие этого оружия таково: облако распыленного топлива порождало огромной мощности взрывную волну и выжигало все вокруг, при этом оно еще затекало в негерметичные укрытия и блиндажи. Повреждения, наносимые людям, оказавшимся в зоне поражения, были несовместимы с жизнью, «эффектом лопнувшей лягушки» окрестили их американские военные медики. Правда, это оружие запрещено использовать, но афганистанцы этого не знали.

Спустя некоторое время после слуха колонна вновь двинулась на перевал, первым шёл танк Леонида Макушина, за ним шли сапёры с щупами. Металлоискатели на этой войне практически не применялись: мины душманы ставили пластиковые, обнаружить их можно было только щупом. Так и прошли они все три километра дороги без единого выстрела и взрыва. После сапёры подсчитали, около двухсот мин они нашли только на одном этом перевале.

Как «кошка» жизнь спасла

На обратном пути с Теренкота с нашим героем произошла вот такая история.

- Еду первым в колонне обратно в часть, вижу поворот небольшой, ну, думаю, здесь должна быть мина. Только глупец не поставит на этом месте мину. Выхожу из танка, разгребаю песок: вот она лежит, целлофановым пакетом прикрытая. Я взрыватель вынул, мину в танк бросил. Еду дальше, буквально метров через сто снова поворот, думаю: тут тоже должна быть мина. Вышел, и точно. Я снова взрыватель открутил, только хотел её вытащить, а сапёры и говорят: «Давай её «кошкой» вынем». А я в ответ: «Да только что такую же снял». Но они настаивают на своём - я согласился. Они «кошкой» зацепили, дёрнули, а мина как рванёт! Оказывается, она стояла на неизвлекаемости, под ней ещё граната была. Подними я её - погиб бы, - рассказал Леонид Алексеевич.

После случая с миной, на следующий день танк Леонида Макушина подрывался пять раз! На последнем подрыве ему пришлось отстать от колонны, чтобы отремонтироваться. В боеукладке был один заряд, одна лента пулемётная, и всё! Пока гусеницы натягивали, к экипажу подошли душманы, но не близко. Остановились за валунами в сорока метрах и закричали: «Русские, сдавайтесь!» Экипаж им ответил последним снарядом. Душманы боялись подходить, ждали, пока стемнеет. Неизвестно, чем бы закончился этот день для нашего героя, но вовремя вернулся комбат Леонида Алексеевича, прикрыл их, пока они ремонтировали танк.

- На войне в судьбу поверишь, когда рядом со смертью ходишь. Ещё один случай со мной был. Едем в колонне на задание, я первым. Неожиданно в моей машине ломается тяга в палец толщиной. Я останавливаюсь, ремонтирую, нас обгоняет другой танк, и его простреливают из гранатомёта. Экипаж погиб, - с болью в голосе произнёс он.

В Афганистане Леонид Макушин прослужил полтора года. В 1982 уехал в Калининград, служил командиром взвода, через полгода стал командиром роты. Потом был командиром батальона в Германии, потом вернулся в Калининград. И в 1995 году в звании подполковника ушёл в отставку. Тогда ему было всего 36 лет.

Сейчас Леонид Макушин возглавляет общественную организацию «Союз ветеранов и ветеранских организаций города Омска». Вместе со своими соратниками он проводит встречи ветеранов боевых действий, работает с детьми из детских домов, проводит с ними экскурсии по музею организации. Леонид Алексеевич разрешает им в музее подержать в руках гранатомёт и мины, надеть противогаз и даже взять на память гильзы от патронов. Что поделаешь, если в наше неспокойное время государство должно иметь армию. Хотя бы для обороны... И в ней должны служить истинные патриоты своей Родины!

«Дорогие ветераны бронетанковых войск, я поздравляю вас с этим замечательным праздником! Всем счастья, здоровья, оставайтесь верны своим армейским друзьям. Дружба, она не ржавеет. Самое главное в танке - экипаж дружный, надёжный, сплочённый. Успехов и благополучия вам и вашим семьям».

Леонид Макушин