БОЛЬНИЦА

Свалка была то, куда нельзя. Мама объяснила, что этот огромный ров скоро закопают, а пока туда нельзя ни в коем случае, потому что там - инфекция.

- А чего делать будем? - спросил Димка,  еле успевая за размашисто шагающей Иркой Черных.

- В больницу будем играть! - Ирка строго посмотрела на них.

Спускаясь вниз, к самому дну свалки, между  огромного, опасного мусора они обнаружили множество прекрасных находок. Скелет дохлой кошки без глаз, но с червяками внутри. Чемодан с тяжелыми пластинками. Много рваной обуви огромного размера. С собой решили ничего не брать. Спуск предстоял тяжелый.

Дышать Черникиной не нравилось. Она попыталась не дышать, но скоро поняла, что либо блестящие звездочки перед глазами, либо невкусный запах.

Добравшись до дна огромной земляной воронки, они убедились, что спрятались хорошо.

- Не, не видать нас! Отсюда и дома-то не разглядеть, - сказал Димка из шестьдесят четвертой, обойдя все кругом.

Черных принесла алюминиевую проволоку, бывшую раньше  самодельным шампуром, и сказала, что это шприц. Ватой был старый поролон из валявшегося рядом дивана. В стеклянной банке из-под кабачковой икры смешали немного песка и травы. «Чтобы раны прижигать», - сказала Ирка. Ее мать работала медсестрой.

Чекменева нерешительно протянула кусок стекла, размером с ладонь. «А это будет скальпель!» - Черных расположила все на перевернутом ящике, который ужасно занозился, пока Черникина  несла его.

Первым  больным большинством голосов выбрали Димку. Он сначала стоял и не двигался, а потом лег на землю рядом с ящиком, закрыл глаза и быстро сдернул трусы, как и велела Ирка Черных.

У Черникиной расширились  зрачки, и она перестала дышать уже не по собственному хотению.

Все по очереди сделали Димке уколы, прижгли раны, насовали поролона в трусы.

- Следующий!- крикнула Черных, когда Димка встал с земли.

Чекменевой лечили попу. Царапину стеклом сделала Черных: «Это чирей!» - сообщила она заплакавшей Чекменевой. Черникина и Димка из шестьдесят четвертой аккуратно посыпали попу Чекменевой песком и приложили лопух на место, где была кровь. «Вытянет все. Следующий!» - Черных повернулась к Черникиной.

Черникина, ни на кого не глядя, сдернула трусы до колен, легла на землю и стала смотреть в небо, где солнце из горячего оранжевого становилось черным, а потом опять оранжевым.

Черникина посмотрела на Ирку, чтобы понять, когда нужно будет зажмуриться, и вдруг увидела людей, бегущих к ним сверху. Это были враги. И это были родители.

...Мама опять и опять спрашивала завернутую после ванны в полотенце Черникину:

- Ты уверена? Ты точно все помнишь? Может быть, ты что-нибудь забыла?

Черникина мотала головой.

Утром Черникину разбудили раньше обычного, выдали ненадеванные гольфы и повезли в республиканскую детскую больницу. Больница была так далеко, что Черникина успела два раза заснуть в автобусе и два раза проснуться.

- Никаких уколов не будет! - тетенька-врач взяла Черникину за руку и закрыла дверь в кабинет, где пахло чисто и холодно. Черникина удивилась, когда тетенька-врач попросила ее сделать то же самое, что и Ирка Черных. Лежа на кушетке, Черникина думала о том, что в жизни все повторяется.

Когда повеселевшая мама остановила такси, Черникина спросила:

- А как вы нас нашли? Мы же спрятались.

- Вы были видны с любой точки двора! - ответила мама.

«Вот оно что, - подумала Черникина. - Все не так, как нам кажется…»

В такси что-то щелкнуло и застучало. Они поехали на Наманганскую улицу, 63.